Без оружия по религиозным убеждениям ¶

Алан (имя изменено) оспорил в суде отказ комиссии в альтернативной гражданской службе, но из-за неразберихи в Едином призывном пункте его всё равно отправили в военную часть. Командиры даже водили Алана к священнику, чтобы тот убедил его взять в руки оружие, но Алан остался непреклонен. Пока что командиры отстали от него и отправили работать в столовую. Но эта история ещё не закончилась, и Алан продолжает бороться за право не воевать.

Я осетин по нации. Осетинские семьи очень религиозные. В моей семье это выглядело странно. Моя бабушка — мусульманка, но она водила меня в православную церковь. При этом мы отмечали языческие праздники — то есть традиционные осетинские. Из-за этого у меня возникало много вопросов, но вера у меня была всегда. В трудные моменты я молился, пусть как-то по-своему, по-детски, но я обращался ко Всевышнему.

Потом мне попался современный перевод Библии. Он читался как роман и сильно увлек меня. И вот уже лет семь-восемь я читаю Библию каждый день.

Я много размышлял о войне и решил, что служба в армии противоречит моим убеждениям. Христиане не должны воевать.

Я решил, что не возьму в руки оружие ни при каких обстоятельствах. Я даже готов пожертвовать свободой ради своих убеждений.

Я живу в Москве. Когда я подавался на АГС, я заканчивал техникум. 

Призывная комиссия отказала мне на основании того, что я нарушил сроки подачи документов.

На самом деле заявление я подал вовремя. Я должен был подать три документа — помимо заявления это автобиография и характеристика с места учёбы. Автобиографию и заявление я отправил в срок, а характеристику мой техникум сделал мне на пару дней позже, чем нужно. Так что её я дослал отдельно, приложив объяснительную, что заминка произошла не по моей вине. 

Сначала я обжаловал решение комиссии в районном суде, там мне отказали. Потом подал апелляцию в городской суд — и выиграл. Суд отменил решение призывной комиссии. Все это заняло у меня чуть больше года. 

После этого военкомат должен был либо отправить меня на альтернативную службу, либо назначить новую комиссию.

Но к тому времени в Москве заработал Единый пункт призыва (ЕПП). Так что однажды утром ко мне пришли представители военкомата и вручили повестку туда. Я не понимал, что происходит, но подписал повестку и явился по ней со всеми документами, включая решение суда. 

На тот момент этот пункт очень плохо работал — люди ждали в очереди по 10-12 часов.

Я показывал документы членам военной комиссии, но у них, судя по всему, не было моего личного дела, и они решили, что я только что придумал про альтернативную службу. Они наотрез отказались смотреть решение суда и дали мне повестку в распределительный центр. Я взял эту повестку, но не явился по ней. Вместо этого я обжаловал действия ЕПП в суде. Я рассчитывал, что пока идёт суд, меня не смогут забрать.

Но через два дня ко мне пришел участковый и сказал, что я записан в уклонисты. Уговаривал меня: «Пойдем со мной, проблем не будет. Дашь показания — отпустим». Ну, я понимал, что не отпустят, так что на всякий случай взял с собой решение суда. И тем же днём меня отправили в Крым. 

Я не сопротивлялся, потому что мне было важно показать, что я не уклонист. Я не убегал, не пытался скрыться.

В части я отказывался делать все, что противоречит моей совести: фотографироваться с оружием, учить устав, давать присягу. Из-за этого на меня оказывали давление. Приглашали в кабинет и по 10-12 часов задавали какие-то вопросы, убеждали, унижали. Слава Богу, я более-менее справился с этим. 

Меня даже водили в церковь, чтобы доказать, что я не прав. 

Дело в том, что многие командиры, скажем так, люди чести. Они уверены, что с точки зрения веры всё делают правильно. Я цитировал им Священное Писание и объяснял, что христиане не должны брать в руки оружие и воевать против других христиан. Бог не хочет, чтобы мы учились убивать. Но командиры считали, что я не прав и что я искажаю Библию, хотя сами за все это время ни разу её не открыли.

В итоге меня отвели к священнику. Мне самому было интересно с ним пообщаться. Я даже брал с собой Библию, но за две встречи мы ее не открыли.

Когда я пришел к священнику в первый раз, я спрашивал его, почему Иисус и первые христиане не воевали. Мне правда хотелось его послушать. Но священник ответил, что его контузило и он не помнит Библию, и дал мне какую-то книжку. Я прочитал ее и во вторую нашу встречу сказал, что в книге есть искажения. На что он мне ответил: «Я не выспался, давай в следующий раз». Но больше я к нему не приходил. 

Я написал рапорт и объяснительную, в которых изложил свою позицию и с точки зрения Писания, и с точки зрения закона. Я объяснял свои убеждения непосредственно своим командирам и лично командиру части. Но ничего не происходило. Я не знаю, на что они рассчитывали. Может, тянули время, надеясь, что я передумаю. 

Когда мне смогли передать одежду, я снял военную форму, и после этого командир части пригрозил, что на меня будет подавно заявление в военную полицию. Я согласился с этим.

После этого мне сделали три строгих выговора. По уставу, меня должны были подвергнуть дисциплинарному аресту.

Но с тех пор прошел уже месяц. Я всё так же хожу без формы. Меня отправили работать в столовую. Теперь я мою посуду и ожидаю какого-то решения. Я уже ни на что особо не надеюсь.

Но главное, что я остаюсь с чистой совестью перед Богом. Я уверен, что Бог даст мне сил. Я в это искренне верю, до сих пор.